Шарнирный Шурале

Галя показывает
новые рисунки для несуществующей будущей прошлой книжки про Индию
🤍
А у меня есть история про запрещённые слова. Начнём издалека. Году в 2011 мы как-то вдруг уехали в Индию и довольно долго работали в киношной массовке и на праздниках. Не то, чтоб всё это планировалось и воспринималось всерьёз, но с тех пор примерно каждые полгода (последний раз был в декабре) кто-нибудь незнакомый просит меня поделиться контактами болливудских агентов или рассказать, сколько там на съёмках доплачивают девушкам за купальник. Удивительное дело.
Я многое из того времени записывала (тогда был
Батенька
, а также жж). Записанное пригождалось, но в основном 10 лет лежало на гугл-диске. Недавно индийские истории возникли опять, пережили экзистенциальный период «кому всё это надо, особенно сейчас» и отправились к редактору. От редактора они вернулись с пометками и комментариями: где добавить примечание — что такое «лунги», а где поменять формулировки, чтобы определение слова «хиджра» не оказалось «пропагандой».
В тексте было выделено несколько запрещённых и нежелательных слов, которые следует убрать или заменить. Слова такие: «фейсбук», «вацап», «футболка с коноплёй», «бляди».
Расскажу, как каждое запрещённое и нежелательное слово оказалось в тексте.
Фейсбук — это потому что во время съёмок местные актёры всегда шли добавлять девушек из массовки в запрещённой на территории РФ сети.
Вацап — это потому что однажды у нас была большая съёмка на стадионе. Коровы, гуси, 800 человек массовки — обычный будний день. Нами руководил нетипичный для такой работы менеджер. Он был очень застенчивым, не говорил по-английски, постоянно попадал в дурацкие ситуации и добавлял в окружающий хаос немало безумия. За неделю все так его полюбили, что создали в запрещённой на территории РФ организации чат-профсоюз его имени.
Футболку с наркотическим веществом и психотропным средством носил друг наш Витя в комплекте с какими-то невероятными колготками и шортами. Почти уверена, что Витя всё ещё в Индии и не изменяет своему стилю. Не хочется его расстраивать, но теперь на футболке должно расти что-то другое.
И наконец, бляди. Однажды мы с двумя напарницами играли, как это часто бывало, безымянных девушек главных героев: ездили с ними на байках, томно прогуливались по пляжу, сидели на камешке. А потом помощник режиссёра сообщил, что мы едем в отель снимать постельную сцену. Это был сюрприз, разъярённые девушки кому-то звонили и кричали в трубку, что не собираются изображать тут блядей.
Короче говоря, после правок в 2026 году стало очевидно, что из всех запрещённых, нежелательных, требующих наклейки и маркировки слов, которые попадаются в этом маленьком-маленьком тексте для маленькой-маленькой книжки в маленьком-маленьком издательстве, менее всего пострадают бляди

У инклюзивных мастерских
«Простые вещи»
скоро день рождения. В следующий понедельник по этому поводу будет много всего, в том числе
читка рассказов
. Приходите слушать, если вы в Петербурге.
Я почему-то никогда не была ни в «Простых вещах», ни в кафе «Огурцы». Но долго собирала истории ребят, которые работают в инклюзивных мастерских/живут в тренировочных квартирах/играют в инклюзивных театрах в разных городах. До сих пор где-то лежит файл с пометками: «Вася, Спб, мастер сувенирного цеха», «Катя, Самара, парикмахерская для собак», «Даша, Пермь, пятый этаж». Это было сто лет назад.
Рассказов на дне рождения «Простых вещей» будет три. Один прочтёт автор, остальные два, в том числе и мой — ребята, которые работают в мастерских. Сегодня узнала, что они их сами выбрали из
совместной подборки с «Прочитано»
, и теперь горжусь
🩵

⭐️
Сейчас буду бессовестно хвастаться-радоваться!
Если штрихами, то было так.
Я говорю
Ире
— вот, вернулась недавно из отпуска, были в Гоа, очень понравилось и всё такое. А Ира говорит, что как здорово и что она там жила несколько лет, а сейчас как раз собралась издавать книжку со своими индийскими заметками. А я отвечаю в таком духе, что ооо ааа ыыыы, дай-дай-дай проиллюстрировать!
Ну а дальше то-сё, пятое-десятое, слово за слово — и вот тексты прочитаны, и это прямо восторг-восторг, и вот прямо сейчас вовсю рисуются картинки.
Страшно благодарна Ире за доверие и очень жду, когда книжка выйдет в печать (а это должно быть совсем скоро уже!)
💚
Ух!

В пятницу вечером
Галя
попросила инструкцию к индийскому жесту «где мои пять рупий?», чтобы правильно его нарисовать. Я стала ходить по дому и что-то изображать руками — ничего не получалось.
— Перформанс какой-то? — спросил Н.
— Ты помнишь жест, каким мы в Индии просили у водителей автобусов и туктуков свою сдачу?
— Помню только кивок по-индийски, — сказал Н. и покивал по-индийски.
Пошла к чату гпт, он тоже не предложил ничего подходящего. «Подожди, — говорю Гале. — У меня есть подруга, которая 10 лет назад читала и редактировала весь этот мой текст, а также жила в Индии, помнит всех богов, жесты, что-то из языка. Наверняка у неё про это найдётся тикток», — и переслала сообщение
Леночке
. Леночка жест тоже не помнила.
Тогда я стала записывать Гале видеокружок: в правой руке телефон, левой делаем «бла-бла» и нахально вкручиваем лампочку. Преимущественная эмоция «ЧЁ?!» — но без агрессии.
— А, я поняла, спасибо! — ответила Галя и пошла рисовать.
Хотела не рассказывать, пока не выйдет эта несуществующая книжка, но молчать затруднительно. Жду, когда мы дойдём до части про свадьбы и Болливуд и очевидно придётся танцевать для видеокружочков

В декабре у нас треснуло окно — не выдержало низких температур и попыталось сбежать из рамы. Я сфотографировала его внутри и снаружи дома и стала рассылать подругам.
— Очень красиво! — сказали подруги.
— Похоже на крылья птицы.
— Так художественно!
— Выглядит как рисунок.
Мы пару недель поволновались, что придётся платить за окно. Или мучительно доказывать, что разбили не мы. Или что Лусине, хозяйка, пришлёт мастера, ремонт снова растянется на три месяца и превратится в ежевечерний шашлык в саду. После Нового года отправили ей те картинки, что я рассылала подругам.
— Спасибо, что поделились! — ответила Лусине.
Больше ничего не произошло.
*
Также из приключений, связанных с погодой, которых не случалось со мной до этого:
Не смогли выйти из дома, потому что ворота занесло снегом, а лопаты нет.
Не смогли открыть дверь, потому что замёрз замок, поливали кипятком.
Приняли решение купить стремянку, потому что несмотря на морозы, плесень отлично чувствует себя под четырёхметровыми потолками.
Из странных покупок также был градусник для измерения температуры в комнатах. Теперь знаем наверняка, где 14.1 (свежо), а где 17.4 (жара!)
Стоит отметить, что окно — с трещинами или без — почему-то никак не влияет на климат. Видимо, и правда разбилось для красоты.
*
Раз в пару недель звонит тётушка с почты, зовёт забрать открытки. Без её звонка ничего не работает: открытки теряются, письма не доходят, посылки застревают в Тбилиси. За это время тётушка с почты так хорошо встроилась в нашу жизнь, что отправительницы открыток посвящают их ей. Не целые, но тётушке с почты всегда достаётся пара фраз. При этом я до сих пор не знаю, как её зовут, а спросить кажется мне нахальным нарушением границ.
Она моё имя, конечно, знает. Той весной звала меня Нелли, как прошлую жительницу нашего дома. Потом стала звать Инной — вероятно, потому что это было похоже на Нелли и Ирину одновременно. А вчера вдруг сказала: «Ира, дорогая, приходите за открыткой». Шла после работы и всё думала: Как она догадалась? Это так необычно, ведь мы не знакомы, а она знает, что коротким именем мне больше нравится. На почте её уже не было. Сотрудница за стойкой сказала: «Ира? Вам где-то была открытка». Из комнаты сбоку вышла её коллега со стопкой конвертов, нашла мой и говорит: «Учтите, Ира, по четвергам работаем до пяти». В общем, интрига с именем держалась до самого дома, пока до меня не дошло, что все трое прочли Ira на конверте.
*
По работе смотрю видеоанкеты детей из детских домов (узнала, что так говорить неправильно, правильно — «из сиротских учреждений»). Смотрела, как живут дети в посёлке Залари Иркутской области — мы с братом туда ездили году, наверное, в 1996-м, к маминой подруге тёте Ларисе на лето. Слушала, как одна девочка — Света из Приморского края — рассказывает: «Со мной раньше никто не дружил, а тут у меня появились друзья». На днях другая девочка — Алиса — завершая свой рассказ о том, что такое дружба, сказала: «В общем, это когда ты такой просторный человек, который полон любви»

Что я видела в этом году:
✨
Как дяденьки в красных колпаках обсуждают что-то в окне дома напротив
✨
Как девушка в зелёном берете обсуждает что-то  с одним из котов с улицы Абовяна
✨
Как Дед Мороз всё с той же улицы разговаривает с женщиной в пальто с большим воротником, пока мальчик лет пяти тянет её в сторону вагончика с молочными коктейлями и кофе, запрокидывает голову, ловит что-то в воздухе,  крутится, вздыхает, без всякой надежды  разглядывает свои  ботинки и в конце концов валится прямо на снег, а эти  разговаривают и разговаривают
✨
Как два парня переводят через толпу, петарды  и дорогу огромного робкого пса с серёжкой в ухе.
✨
Как женщина в детском отделе книжного  говорит консультантке: «Нам нужна волшебная сказка и упаковка»
✨
Как нет никого, стоит драмтеатр, снег падает на
Фрунзика-Мгера Мкртчяна
, и от этого он ещё печальнее
✨
Пустоту, батон и мандарин на скамейке под снегом
✨
«Бугонию»
✨
Как по пути в магазин Доброцен (там еда для собак) горы — белые и голубые — стоят очень близко и  смотрят со всех сторон. И на мосту в начале года  кроме их и нас никого нет.
— Это Арарат? — как обычно теперь про любую двурогую гору спрашивает Н., —  А это Арарат? Надо посмотреть, где Арарат. Достаёт телефон и сверяется с маршрутом — 117 километров по прямой.
— До конца выходных успеем, — говорю я.
— Надо собак покормить, — отвечает Н.
И мы продолжаем путь в магазин Доброцен